образовательно-доверительный сайт


Семейные традиции или свобода личности? В.М. Розин

Глава из книги В.М. Розин «ЛЮБОВЬ И СЕКСУАЛЬНОСТЬ В КУЛЬТУРЕ, СЕМЬЕ И ВЗГЛЯДАХ НА ПОЛОВОЕ ВОСПИТАНИЕ». Книга есть в нашей библиотеке «Любовь, семья, секс и около…».

Об авторе: Вадим Маркович Розин, 1937г.р., доктор наук: философия 1991г. В.М. Розин.

— Тема, интересующая нашего гостя, сказал социальный психолог, весьма не простая. Ему сейчас, как мне известно, 60 лет. Нетрудно подсчитать, что он пошел в школу сразу после войны, следовательно, его родители сформировались как личности в начале 30-х. Что это были за годы, всем известно, и как жилось в 50-е — тоже. Нашему гостю не повезло дважды: сначала его родители, комсомольцы 20-30-х годов, отринули предшествующий исторический опыт семейного воспитания, а война и трудное послевоенное время не позволили передать детям даже тот небольшой опыт семейной жизни, который сложился к началу 40-х годов. Другими словами, дважды рвалась связь времени, дважды нарушалась традиция передачи опыта семейной жизни. Каков результат? Нашего гостя, подобно миллионам подростков его поколения, вообще никто не воспитывал, о семейной жизни и любви он узнал главным образом из книг, ну еще, наверное, из отдельных наблюдений. Однако мы знаем: люди старшего поколения свою личную жизнь не афишировали, стыдились проявлять чувства, ничего не обсуждали открыто. И опять же известно почему.

А к чему ведет разрушение традиций воспитания в семейной жизни? К воспитанию от головы, а точнее — к невоспитанности, к книжным образцам любви и брака, к случайным воздействиям и влияниям: радио, друзья, улица и т.п.

Пока историк говорил, мне невольно пришли на память рассказы родителей и собственная подростковая послевоенная жизнь. Моя мама в 12 лет попала в семью своей тети — Веры Михайловны Дубининой, жены известного комиссара гражданской войны, начальника Омской железной дороги. Воспитывала тетя своих падчерицу и племянницу столь сурово, что падчерица покончила жизнь самоубийством, а моя мама в 16 лет оказалась на улице. Помогла школа. Маме дали стипендию в 10 рублей и разрешили ночевать на диванчике в пионерской комнате школы (тогда это называлось «пионерская база»). Потом мама переехала в Москву, работала на стройке, училась (единственная девушка в группе из 50 человек) на арматурщицу, поступила на рабфак, строила Мосфильм (строительство называлось «Русско-германское акционерное общество»), и там же познакомилась с моим будущим отцом, который организовал в Москве одну из первых комсомольских коммун. Сам отец в 16 лет приехал в Москву из небольшого городка в Белоруссии. Года два был безработным, учился на курсах каменщиков и механизаторов, строил Мосфильм, поступил в университет.

Какие представления о любви и браке мои родители могли получить и где? Конечно же не в семье. Они их получали из газет, книг, радио, споров в коммуне. Спорили же об этом тогда много. Две семьи в коммуне распались. Вот и обсуждали: разре¬шать развод или нет, может ли коммунар полюбить жену своего товарища, достойно ли это его звания, разрешить ли второй брак и т.п. Все же разрешили.

Сам я, как уже говорил, все черпал из книг. Моего отца, прекрасного политработника и педагога, после войны не отпускали из армии, комнату в Москве бросать было жалко, и поэтому мы долго жили одни. Мама, к тому времени уже архитектор, буквально пропадала на работе: нужно было восстанавливать страну. Предоставленный самому себе, я читал с утра до вечера, позабыв обо всем на свете, даже о том, что надо помочь маме.

Да уж точно, никакой традиции семейной жизни люди моего поколения не получили, и в полноценной семье жили немногие. Поэтому, когда в 25 лет я женился, о семейной жизни имел весьма смутное представление, еще меньше о ней догадывалась моя первая жена. По книгам я знал, как жили и любили в XIX веке дворяне и интеллигенция (внешне все было заманчиво), как строил свою жизнь К. Маркс, и думал, что моя жизнь будет чем-то похожа на их. Увы, все оказалось не так...

Однако я отвлекся и пропустил целый кусок интересного выступления социального психолога.

...Но рвались не только время и традиции, происходило перемешивание целых классов, укладов, образов жизни. Если раньше в городе люди, принадлежавшие к различным социальным группам, старались селиться среди своих же: рабочие — среди рабочих, торговцы — среди торговцев, обеспеченные — среди обеспеченных, то в нашем городе все перемешалось, естественно, на демократической основе. Сегодня в городе теоретически нет ни сословий, ни классов, ни людей с разными доходами, есть просто россияне. Теоретически министр и простой рабочий, и «новый русский», и интеллигент, и служащий мало чем отличаются друг от друга. Практически все не так: быстро складывается неравенство и сословное общество.

Образ жизни людей, образующих семью, различался всегда. Один (правда, таких уже почти нет) вышел из старой интеллигентной семьи и женился на девушке, приехавшей из деревни. Сын рабочего, в семье которого постоянно пили и гуляли, же¬нился на женщине из добротной мещанской семьи, где гулять и пить считалось просто неприличным. Итак — что ни семья, то два разных человека, привыкших к разным укладам семейной жизни, имеющих различные представления о ней, линии поведения и взаимоотношений.

В наше время совпадение в данном отношении молодых супругов в семье — редчайшее исключение, так сказать, реликтовое явление, а как правило, несовпадение: два разных образа жизни, два уклада, два разных мироощущения...

Раздался голос пожилого человека:

— Я вас, уважаемый, не понимаю. И мы, комсомольцы 30 - 40-х годов, в семье, как вы выражаетесь, «не совпадали», но как-то жили, и многие — совсем неплохо.

— Но разве я утверждаю, что современная семья распадается и неустойчива только потому, что в ней два разных человека? — ответил социальный психолог. — Есть и другие причины, их много, о некоторых я еще скажу. К тому же для вашего поколения семья часто являлась единственным прибежищем, где еще можно было дышать, да и семейные идеалы у обоих супругов все же совпадали больше, чем теперь, и, главное, вы меньше ощущали себя личностями. Не поймите меня превратно. Лич¬ность — это не только уникальность и индивидуальность человека, в этом отношении ваше поколение нисколько не отличалось от последующих. Личность для социальной науки — это тип, организация человека, отвечающие особенностям новоевропейской культуры, требующие от человека самостоятельности в поведении, самосознания, рациональных оснований в принятии решений. Социальная наука утверждает, что в 60-х годах в нашей стране быстро начала складываться такая личность и параллельно, как известно, развивались потребительское общество и элементы (к сожалению, только элементы) гражданского правового общества. Именно с личностью мы сегодня связываем категории свободы, творчества, разума, достоинства, права человека, самостоятельности. Кажется, все прекрасно, мы сами постоянно призываем к развитию личности, к созданию условий для ее всестороннего совершенствования. И тем не менее я утверждаю, что именно культивирование личности во многом подорвало современную семью. В каком-то смысле семья и личность несовместимы, а сегодня в нашей семье, как правило, две яркие личности и поэтому нередко два антагонистических начала.

Я вижу, наша научная аудитория возмущена, шокирова¬на: как же, затронута святыня. Но разрешите все же пояснить свою позицию. Возможно, я чуть-чуть сгущаю краски, но в целом уверен: отрицательных последствий от личности больше, чем положительных. Личность — не только свобода, но и свобода от обязательств, когда они заставляют меня ограничивать свои желания и цели (а в семье, как известно, это происходит на каждом шагу). Не только творчество, но и все то время и силы, которые я затрачиваю на творчество и тем самым отнимаю их у семьи (спросите жен гениальных ученых или художников, как им живется). Личность — это не просто разум, но именно мои разумные аргументы, почему-то часто не совпадающие с аргументами моей жены. Не только права и достоинство, но прежде всего мои права, мое достоинство, которые все время отрицает моя жена. Не только самостоятельность, но именно моя самостоятельность, а мне теперь шагу не дают ступить самостоятельно. В конце концов, если я личность, мой мир и должен быть миром моей семьи, ее зако¬ном, а не наоборот. Какие же это любовь, семья, если мне в семье плохо, если все делается не так, как я вижу и хочу, а так, как видит и хочет моя жена или теща.

Вы думаете, я шаржирую, пародирую личность? Нисколько. Очень много молодых людей на вопрос, почему они разводятся, не прожив и года, отвечают буквально: «Мне плохо», «Какая же это любовь, если мне плохо, если я не могу делать, что хочу?». А жены: «Он делает все не так, все по-своему», «Он не хочет делать, как я говорю, ведь кругом не прав» и т.д.

Вы говорите, что я против личности, творчества, свободы, что я хочу казарму. Ну зачем же так? Я не хочу казарменной дисциплины в семье и сочувствую людям творческим: как-никак, сам пишу. Но не стоит закрывать глаза и на реальные проблемы: личность — не только одна из основных ценностей нашей культуры, но и одно из начал, эту культуру разрушающих. Конечно, мы говорим не о всякой личности, а о личности эгоистической, но как поймешь, где эгоизм разумный, где уже неразумный, где его еще нет, а где уже есть? Некоторые утверждают, что наша эпоха — эпоха всеобщего эгоизма и что совсем неэгоистических людей не существует.

И еще одно соображение под занавес. Личность, как известно, пришла на смену религиозному человеку, верившему в Бога, видевшему в Боге и источник жизни, и закон. Если первая заповедь Христа была: «Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всем разумением твоим», то вторая — «Возлюби ближнего, как самого себя». Заметьте, ближнего, а не самого себя. Личность же нередко успешно соединяет в себе обе эти запове¬ди: в глубине души считает себя божественной персоной и любит себя больше всего на свете, во всяком случае больше семьи. Неблагоприятное развитие личности, а у нас оно сплошь и рядом, ведет к эгоизму и эгоцентризму, к тому, что личные проблемы человека становятся самыми важными, куда важнее проблем семейных, семейного благополучия.

Следующее слово попросил педагог. — Мне хотелось бы обратить ваше внимание еще на одну сторону дела, нравственную. Свое выступление я бы назвал

КРИЗИС СЕМЬИ И ВОСПИТАНИЕ ДЕТЕЙ

Сегодня на каждом шагу можно встретить молодых людей, для которых нравственные категории — пустой звук. Добро, зло, грех, милосердие, сочувствие, сострадание, порядочность — над этими понятиями они просто никогда не задумывались. Как-то я заговорил об этом с одним из таких молодых людей. Он долго меня с подозрением слушал, а затем сказал: «Ловко вы жонглируете словами, только не пойму, какой у вас расчет?». Человеку в голову не приходило, что я не хитрю, а на самом деле стараюсь делать добро или, по крайней мере, избегать зла. А одна молодая особа заподозрила меня в лицемерии, считая, что я просто прикрываюсь этими высокими словами, преследуя далеко не лучшие цели. И я вдруг с ужасом понял, что эти люди вообще стоят вне нравственности. Они не безнравственны; для этого необходимо было бы хоть что-то знать о добре и зле, как-то относиться к нравственным началам. Они именно вне нравственности, ими движут только рациональные, «разумные» соображения, в результате часто и получается, что в семье уже хуже, чем вне ее или в другой семье, а следовательно, пора разводиться. И при чем тут страдания супруга или супруги, детей, при чем тут зло? Речь идет просто о «разумном, осмысленном» поведении.

Есть, однако, и другая причина неустойчивости наших молодых семей: их полная неподготовленность к будням жизни, к труду. Пока молодые ухаживают друг за другом — все прекрасно. Но вот образовалась новая семья. Куда же уплыл иллюминированный пароход, на палубе которого громко звучала музы¬ка и шумел праздник? Почему все так однообразно и скучно, так обыденно? Каждый день одно и то же: работа, посуда, стирка, дети, муж (жена) с наперед известными привычками, шуточками, поступками... К тому же у него (у нее) оказалось столько неприятных, раздражающих черт характера. И делаетто он (она) все не так, и рассуждает странно, и не умеет любить, обращаться с людьми, и вообще, где же тот идеальный человек, которого я полюбила (полюбил)? Его будто подменили.

Тогда на сцене появляется социолог или психолог (не обижай¬тесь, коллеги) и говорит: «Семья — это умение совместно вести хозяйство, воспитывать детей, строить сексуальные отношения, уступать друг другу, воспитывать друг друга, играть друг с другом, управлять (кем, чем), умение перераспределять семейные обязанности, быть терпеливым, психологически выносливым, справляться с семейными конфликтами, стрессами... и так далее». Однако зачем, спрашивается, терпеть, ради чего? Ведь семья — не производство, не рационально организованное совместное хозяйство и не рынок (я тебе удовольствие, а ты — мне).

Надо откровенно сказать, что и безнравственность, и неподготовленность молодых людей к семейной жизни мы отчасти закладываем в той же семье. Давайте внимательно присмотримся к тому, как организована наша жизнь. Обычный день. Дети и родители разошлись — кто в школу (техникум), кто на работу. Вечером родители готовят пищу, прибирают в квартире, отды¬хают, помогают детям, а дети делают уроки, гуляют, играют и совсем не всегда помогают родителям. День прошел, а общение родителей с детьми было минимальным. Остается воскресенье. Но и здесь — то родители заняты собой, то опять хозяйственные хлопоты, то друзья, то развлечения и т.п. Оказывается, можно жить в одной семье и годами не соприкасаться, поддерживая с родителями (с детьми) поверхностные, формальные отношения.

Подобные отношения возникают отчасти и потому, что в больших городах родители и дети редко связаны общей деятельностью, они не включены, как, например, в сельской семье, где ребенок с детства вовлечен в хозяйственные заботы родителей, в общий трудовой процесс, когда необходимо и понимать друг друга, и перенимать образцы поведения и систему ценностей. В современной городской семье мы видим типичное для любой организации обособление сфер жизнедеятельности: взрослые отвечают за одни операции (хозяйство, быт, обучение, воспитание), дети — за другие (обязаны хорошо учиться, слушаться родителей, в меру сил помогать им и т.п.).

Я не случайно употребил здесь слово «организация». Не стала ли сегодня средняя семья продолжением школьной — и не только школьной — организации, ее добровольным агентом и органом? Не способствует ли она формализации отношений, т.е. не выполняет ли роль, противоположную своему назначению?

Другое заблуждение: главное — это создать все условия для ребенка, хорошо его одеть и накормить, удовлетворить его желания («Мы жили бедновато, пусть хоть дети поживут по-человечески»). И дети (а дети у нас — чуть ли не до 30-40 лет) привыкают к дорогим вещам и одежде, к тому, что их запросы, чтобы не сказать требования, всегда удовлетворяются, хотя для этого не нужно абсолютно ничего делать. А не откупаемся ли мы часто таким образом от необходимости по-настоящему заботиться о воспитании, не обнаруживается ли здесь, что ребенок у нас в действительности далеко не всегда стоит на первом месте?

Имеется и противоположная позиция: подавление личности в ребенке. Здесь, как мне кажется, пока мало помогают передачи по радио для родителей. Вольно или невольно мы забываем, что личности не только мы, но и наши дети. Мы, конечно, вроде бы понимаем, что наш ребенок — личность, маленький, но полноценный человек, а на практике только себя считаем носителями знаний и жизненного опыта. А ребенок, рассуждаем мы подчас, ничем этим не обладает, а потому и ведет себя не так, как надо (капризничает, ленится, грубит, хамит, кричит, плачет, врет). Но почему он хамит, грубит, ленится, врет? Может быть, потому, что мы сами грубы или ленивы, а он смотрит на нас? Разве мы стараемся понять его? Не оценить, не подвести под привычную рубрику добродетели или порока, а именно по¬нять? При этом само собой считается, что ребенок должен умнеть, изменяться, осваивать все новые и новые навыки, позиции, формы поведения. А мы? Странно даже ставить так вопрос. Мы, взрослые, уже все постигли, «прошли» все университеты, поэтому не считаем нужным более изменяться до самой смерти. От детей требуем изменения, развития, расширения кругозора, а от себя почему-то нет.

Думается, взаимоотношения детей с родителями и учителями затрудняет еще одно обстоятельство. Речь идет о феномене, иногда называемом амбивалентностью, т.е. противоречивостью личности. К сожалению, в процессе школьного и семейного воспитания нередко вырастает именно такая личность, в которой звучат и спорят между собой несколько не совпадающих, противоположных голосов: голос мамы, голос папы, голос бабушки, голос учителя X, голос учителя Y, голоса товарища А и товари¬ща Б, голоса по радио и телевидению и, наконец, постепенно кристаллизующийся голос собственного Я. Все эти голоса, звучавшие в душе ребенка, не только не сливаются между собой и с его собственным Я, но, напротив, вступают друг с другом в борьбу, отрицают друг друга. Немудрено, что в этих условиях часто (к счастью, не всегда) складываются такие черты характера, как анархизм, лицемерие, цинизм.

Если же на все это накладываются формализация отношений в семье, процессы обслуживания детей, подавление личности ребенка или, напротив, предоставление ей излишней свободы, то, как правило, создается почва и для развития в семье эгоистической личности, о которой говорил социальный психолог, или личности с искаженным пониманием реальности. Когда же подобные личности сами создают новую семью, в ней сходятся два человека, отстаивающие каждый свое Я, для которых высшая ценность — собственная свобода. Результат столкновения этих личностей — разрушение и чувства, и самой семьи. Статистика здесь действительно печальная.

Педагог закончил, и все разом заговорили. Одни защищали личность, другие отвергали ее, а вместе с нею и современную школу. Когда порядок восстановился, слово получил молодой журналист.

— Я не ученый, — начал он, — поэтому буду говорить просто.

Эта страница из раздела Любовь в семье и около.

Книга В.М. Розина «ЛЮБОВЬ И СЕКСУАЛЬНОСТЬ В КУЛЬТУРЕ, СЕМЬЕ И ВЗГЛЯДАХ НА ПОЛОВОЕ ВОСПИТАНИЕ» есть в нашей библиотеке: «Любовь, семья, секс и около…»

Другие главы из этой книги:

Эволюция представлений о любви и браке в последние два столетия. В.М. Розин

Проблемы любви в контексте противоречий современной семьи. В.М. Розин

Что все-таки главное в семейной жизни? В.М. Розин

Фрейдистская интерпретация проблемы. В.М. Розин

Во всем виноваты женщины… В.М. Розин

Все ли благополучно в нашем доме? В.М. Розин

Можно ли построить современную семью на любви? В.М. Розин

Статьи, относящиеся к этой же теме:

Суть любви. Е. Пушкарев.

Что такое любовь. Е. Пушкарев

Коротко о любви. Е. Пушкарев

Влюбленность. Е. Пушкарев

Мужчина и женщина: совместимость, любовь. Е. Пушкарев

Мужчина и женщина: отношения. Е. Пушкарев

Мужчина и женщина: лидерство в любви и браке. Е Пушкарев

Психология любви. Е.Пушкарев

Тест на любовь: «шкала любви» З.Рубина.

Путеводитель по сайту и основным вехам в познании любви. Е.Пушкарев

Настоящая любовь, она же совместимая любовь. Е. Пушкарев.

Кризисы брака. Секс в браке.

Психотерапия семейных отношений.

Терапия супружеской любви. В. Альбисетти

Эрих Фромм

Поиск по сайту

Желающие оказать спонсорскую поддержку Клубу "ПРОСВЕЩЕННАЯ ЛЮБОВЬ" могут это сделать через
WebMoney:
WMR 854184784200
WMZ 853215145380
Заранее благодарны.

Важна ли тема любви для вас лично?

 Да, несомненно
 Думаю, это важно
 Интересно почитать...
 Мне безразлично
 Пустой сайт
  Результаты опроса

Rambler's Top100 Rambler's Top100

Индекс цитирования

Экология и драматургия любви

Наш сайт о природе любви мужчины и женщины: истоки, течение, около любовные переживания и расстройства.


Default text.

Ознакомительную версию книги можно скачать Миникнига

Из книги вы узнаете: любовь между мужчиной и женщиной исключительно положительное чувство. А очень похожая влюбленность с любовью никак не связана. А недоброкачественная влюбленность - мания, она же "наркоманическая любовь", "сверхибирательная любовь" "folle amore" (безумная любовь (ит.) не только никакого отношения к любви не имеет, а и совсем болезненное расстройство.

А научиться их различать не так уж и сложно.

У человека нет врожденного дара, отличать любовь от влюбленностей, других

псевдолюбовных состояний это можно сделать только овладев знаниями.

Жизнь удалась

Примеры настоящей любви

Пара влюбленных

Драматичные влюбленности известных людей, которые не сделали их счастливыми