образовательно-доверительный сайт


Разобрать любовь на составляющие части. Ж. Липовецкий. часть 3

На нашем сайте опубликована Глава 1. «ОНА ГОВОРИТ О ЛЮБВИ» из книги Ж. Липовицкого «Третья женщина», состоящая из шести частей:

Она говорит о любви. Ж. Липовецкий. часть 1

От любви-вероисповедания к любви-тюрьме. Ж. Липовецкий. часть 2

Разобрать любовь на составляющие части. Ж. Липовецкий. часть 3

Говорите мне о любви. Ж. Липовецкий. часть 4

Женщины и порнография. Ж. Липовецкий. часть 5

Любовь, современность и индивидуальность. Ж. Липовецкий. часть 6

Жиль Липовецкий (род. 1944), профессор философии в Гренобле;

исторический роман Жиль Липовецкий в своей книге «Третья женщина» (1997г.; в 2003г. издана в России) набрасывает краткую историю женской участи: презрительное игнорирование женщин в античной культуре, инквизиторское преследование - в Средние века, мистико-эстетическое обожествление - в эпоху Возрождения, заточение в темнице буржуазного брака - в Новое время. Архаическое пренебрежение вторым полом Липовецкий называет эпохой "первой женщины", женщины-недочеловека. Ренессансное возвеличивание Прекрасной Дамы - периодом "второй женщины", женщины-сверхчеловека, женщины - рабыни идеала.
"Третья женщина", женщина эпохи постмодерна, - это женщина-гражданин, свободно распоряжающаяся собой. "Третья женщина" вольна, открыто жить с любовником, сама зарабатывает себе на жизнь, сама решает, за кого идти замуж, сама подает на развод, сама строит свою профессиональную карьеру и добивается почти таких же социальных привилегий, как и мужчины.

 Разобрать любовь на составляющие частиВсе эти публикации широко распространили романтический идеал женщины, добродетели верности и целомудрия, образ «женщины Золушки»^, которая ожидает, что ее внутренние возможности будут раскрыты с появлением необыкновенного мужчины. Социальные стереотипы* сентиментального романтизма, клише внезапной любви, сцены целомудренных объятий, вздохов и пламенных взоров, мечты о нежном и богатом мужчине стали в XX веке способом ухода от действительности и предметом потребления для огромного количества женщин. Посредством всего этого и распространялась чувствительность, взращенная романтическими грезами, а также мировоззрение, отождествляющее женское счастье с успехом в любви.

«Любовь следует изобрести заново», - говорил Рембо. На деле же только столетие спустя неравноправное распределение любовных ролей станет предметом, вызывающим социетальные** споры. В 60-е годы зарождается новый феминизм, который направляет острие своей критики не столько на саму любовь, сколько на тот способ, каким женщины социализируются и покоряются романтическому идеалу чувствительности.

ссылки

^Colette Dowling, The Cinderella Complex, New York, Pochet Books, 1981.

*Социальный стереотип - введенный в 1922 году термин для обозначения «застывшего» образа или представления о социальном объекте различных социальных субъектов; следование такому стереотипу предполагает избегание ситуации выбора, распознавание каждой ситуации как привычной и непроблемной.

**Социетальный - относящийся к социуму, иными словами, к группе людей, объединенных по какому-либо одному общему признаку.

В угаре исполненных бурным протестом лет беззаветная женская вера в любовь перестала быть чем-то само собой разумеющимся и подверглась рассмотрению как некая разновидность опиума для женщин. «Их любовь нам как тюрьма», - скандируют активистки Движения за освобождение женщин, тогда как брак в их представлении суть «рабство - домашнее, сексуальное, духовное»^. Множатся обличения распространяемой массовой культурой мифологии любви и нападки на стереотипные роли, которые обескровливают воображение, делают женщину чуждой самой себе, снова и снова навязывают традиционное положение женщины, зависимой от мужчины^. В эпоху демистификации и деконструкции* любовь, приравненная к инструменту закабаления и отчуждения женщин, дает крен. Литота больше совсем не ко времени, и американская феминистка Ти-Грейс Эткинсон может объявить: «Любовь - это реакция жертвы на насилие»^. Прежде полагали, что любовь помогает женщине реализовать собственные возможности и возвышает ее; теперь любовь обвиняют в том, что она состоит на службе у женщины-объекта* и губительна для аутентичной жизни. Прежде любовь отождествлялась с непостижимой тайной сердца, теперь ее расшифровывают как политику самца.

ссылки

^Francoise Picq, Liberation desfemmes: les annees mouvement, Paris, Seuil, p. 74,81.

^Во Франции: Anne-Marie Dardigna, Femmes, femmes surpapier glace, Paris, Maspero, 1974; в Соединенных Штатах: Germaine Greer, La Femme eunuque, op. cit., p. 218-240.

*Деконструкция - особая, изобретенная французским философом Ж. Деррида стратегия по отношению к текстам, которая дезавуирует метафизику в качестве фаллоцентризма - установки на приоритет мужского начала над женским и на вытеснение женского голоса из многоголосия текстов культуры. По замечанию Н. Автономовой, под деконструкцией понимается «такое обращение с бинарными конструкциями любого типа [...], при котором оппозиция разбирается, угнетаемый ее член выравнивается в силе с господствующим, а потом и сама оппозиция переносится на такой уровень рассмотрения проблемы, с которого видна уже не оппозиция, но скорее ее возможность (чаще - невозможность)» (цит. по кн.: Деррида Жак. О грамматологии. M.: Ad Marginem, 2000. С. 19.).

^Цит. по: Germaine Greer, La Femme eunuque, op. cit., p. 216.

Одновременно в преобладающей тематике происходят масштабные сдвиги из области сентиментального в область сексуального. Главная проблема теперь не в том, чтобы «любить до умопомрачения», а в том, чтобы «беспрепятственно наслаждаться»**. Наряду с тем что язык сердца отходит на второй план по сравнению с либидонозной риторикой, безраздельная любовь и верность ставятся под сомнение как буржуазные ценности; становится старомодным и несколько неудобным объясняться в любви, прибавлять к слову «любовь» слово «навеки». Происходит изменение перспективы, которое и приведет Барта к констатации пришествия новой непристойности: непристойности проявления чувств^.

ссылки

*В этом вопросе все не так просто, вспомним в этой связи хотя бы утверждение швейцарского психоаналитика Адольфа Гуггенбюля-Крейга: «Превращение партнера в объект играет значительную роль в сексуальных отношениях, хотя в этом не торопятся признаваться. Ведь в идеале требуется, чтобы сексуальные и другие человеческие отношения всегда были отношениями двух равноправных партнеров. В противном случае, если партнер превращен в объект вне зависимости от целей такой метаморфозы - желание получить удовольствие или с интересом наблюдать за ним, - отношения, по общему мнению, становятся нездоровыми. На мой взгляд, такое мнение - предрассудок. Любые отношения всегда, помимо всего прочего, предполагают объективирование (превращение партнера в объект). Одному из участников отношений всегда необходимо рассматривать своего партнера предметно, объективно, переживая вместе с тем полную идентификацию со своим визави, но не желая отказываться от холодного объективного наблюдения» (Гуггенбюль-Крейг Адольф. Брак умер - да здравствует брак! СПб.: Б.С.К., 1997. С. 79).

**Ср. у современного французского философа Бодрийяра: «С непониманием и смутным сочувствием смотрим мы на культуры, для которых половой акт не является целью в себе, для которых сексуальность не превратилась в это смертельно серьезное дело - высвобождение энергии, принудительная эякуляция, производство любой ценой, гигиенический контроль и учет тела. Культуры, сохранившие длительные процессы обольщения и чувственного общения, где сексуальность только одна служба из многих, длительная процедура даров и ответных даров, а любовный акт не более как случайное разрешение этой взаимности, скандированной ритмом неизбежного ритуала. Для нас все это уже не имеет никакого смысла, сексуальное для нас строго определяется как актуализация желания в удовольствии, а все прочее - литература. Необычайная конкретизация и концентрация на оргастической функции - на энергетической функции, говоря в более общем плане. Мы культура преждевременной эякуляции» (Бодрийяр Жан. Соблазн. M.: Ad Marginem, 2000. С. 83).

Но не надо питать никаких иллюзий: даже в самый разгар периода протестов женщины не отвергали мечту о любви. Черты эвфемизма обрел один лишь сентиментальный дискурс, но никак не любовные ожидания и ценности. Новый скептицизм, сменивший романтическую риторику, и сексуализация дискурса стали реакцией не на ослабление любовных чаяний, а на отказ от «фальшивых» условностей, а также на повышение значимости таких ценностей, как психологическая близость и тесная духовная связь, и на усиление потребности в более аутентичном общении. В условиях отхода на задний план навеянной сентиментализмом семантики процесс индивидуализации любви-страсти, начавшийся в XVII и XVIII веках, продолжал неуклонно развиваться. Женщины дистанцировались от романтического языка, они все реже соглашались возложить на алтарь любви свою учебу и карьеру, но их исключительная привязанность к идеалам любви выстояла, и многие и многие из них продолжали мечтать о большой любви, пусть даже и внебрачной.

Однако этим дело не ограничилось, и любовь вступила в период небывалой политизации и бунтарства в сфере культуры. В первую очередь, речь шла о том, чтобы освободить сексуальность от любых запретов моральных, супружеских или связанных с гомосексуализмом, - которые препятствуют женской независимости; речь так же шла о том, чтобы освободить женскую любовь от домашнего затворничества и от патриархального идеала самозабвенной преданности. В перспективе наиболее радикальные намерения простираются вплоть до разрушения стереотипов пола, вплоть до уничтожения «тюрьмы, создаваемой половой принадлежностью» и сминающей индивидуальности посредством искусственного деления на мужчин и женщин.

ссылка

^Roland Barthes, Fragments d'un discours amoureux, Paris, Seuil, 1977, p. 207-211.

Совершенно очевидно, что эти призывы не остались пустым звуком. За несколько десятилетий женщины завоевали целый ряд до той поры не признаваемых за ними прав. Легитимация их участия в профессиональной деятельности, узаконивание контрацепции и абортов, либерализация сексуальной морали - все это явилось подлинным революционным переворотом. Отныне женщины снискали право утверждать свою личную и экономическую независимость, вести внебрачную половую жизнь, заниматься любовью без опасений «подзалететь», получать удовольствие, не испытывая стыда, любить другую женщину. В этом смысле нельзя отрицать, что различия между полами заметно поубавились: девственность перестала быть необходимой с точки зрения морали, явное запаздывание первого сексуального опыта у женщин практически ликвидировано, и возраст вступления девочек в сексуальные отношения все более приближается к возрасту мальчиков^: любовные отношения не избегли воздействия демократического выравнивания положения двух полов.

ссылка

^Les Comportements sexuels en France, sous la direction d'Alfred Spira, Paris, La Documentation Francaise, 1993, p. 123.

Все это так, но до каких пределов? За полвека неравенство в любви между полами, безусловно, сгладилось, но оно не исчезло окончательно; оно стало менее явным, менее резким, менее непреложным, но ничуть не устарело. Выравнивание положения неуклонно продолжается, но не вызывает в этой сфере столь же неуклонного ослабления различий между полами. Еще совсем недавно многие - включая и автора этих строк - полагали, что разделение по половому признаку в нашем обществе может быть отнесено к явлениям архаичным и в конечном итоге второстепенным с той поры, как оно попало под напор девятого вала эгалитаризма и демократии: казалось, что за порогом будущего нас ожидает неотвратимое взаимоуподобление полов.

Сегодня надо обладать большим запасом наивности, чтобы придерживаться подобной схемы: настолько настойчиво и неотвратимо заявляет о себе социальное воспроизводство асимметричности половых ролей. Да и можно ли по-прежнему признавать удовлетворительными теории, которые объясняют обусловленные полом социальные различия как простые исторические «пережитки», обреченные на то, чтобы рано или поздно отмереть? С учетом всего сказанного главной темой для размышлений выступает сегодня не столько нестабильность ролей в любовной сфере, сколько сохранение размежевания между полами, которое, хотя оно и стало менее выраженным, все-таки остается в социальном плане реальным.

Настало время пересмотреть наши взгляды относительно влияния демократических и индивидуалистических логических выкладок на «заветы предков» и на социальные различия между полами. Отсюда возникает главный вопрос: как и почему воспроизводятся половые различия в культуре любовных отношений в условиях универсума, основанного на идеалах равенства и свободы личности? Каким образом можно представить себе дальнейшую судьбу любовных отношений в обществах, которые возводят в культ - как для мужчин, так и для женщин - свободу распоряжаться собой?

Сердце и пол

Есть обстоятельства, которые заслуживают того, чтобы задержать на них внимание: вопреки потрясениям «сексуальной революции» и напору эгалитаристских чаяний нашей эпохе не удалось сокрушить традиционно главенствующую позицию женщин в сфере любовных устремлений. Сейчас много говорят о «новых мужчинах»* и о «новых женщинах», но мы по-прежнему руководствуемся обусловленной полом асимметрией любовных ролей: нравы являют нам все большее развитие эгалитаризма, а неравенство в любви между мужчиной и женщиной сохраняется, пусть и с куда меньшей очевидностью, чем это было в прошлом.

ссылка

*В Англии в этой связи заговорили о так называемом «новом типе мужчин», «проявляющих в своем поведении большую экспрессивность и эмоциональность, а кроме того, принимающих на себя часть забот о доме и детях [...] результаты исследования, проведенного Центром изучения политики в отношении семьи, свидетельствуют, что слухи о широком распространении этой разновидности мужчины сильно преувеличены» (подробнее об этом см.: Лоусон Тони, Гэррод Джоан. Словарь-справочник. Указ. соч. С. 264).

Статьи, относящиеся к этой же теме:

Путеводитель по сайту и основным вехам в познании любви. Е.Пушкарев

Суть любви. Е. Пушкарев.

Что такое любовь. Е. Пушкарев

Коротко о любви. Е. Пушкарев

Влюбленность. Е. Пушкарев

Мужчина и женщина: совместимость, любовь. Е. Пушкарев

Мужчина и женщина: отношения. Е. Пушкарев

Мужчина и женщина: лидерство в любви и браке. Е Пушкарев

Психология любви. Е.Пушкарев

Тест на любовь: «шкала любви» З.Рубина.

Эрос и культура: Философия любви и европейское искусство. В.П.Шестаков

Литература сыграла огромную роль в любовном культе. М.О.Меньшиков

Суеверия и правда любви. М.О.Меньшиков

Философия любви и философия сексуальности: в истории развития человеческой культуры и современном психоанализе. В.П.Петров.

Зигмунд Фрейд о любви.

Эрих Фромм

Поиск по сайту

Желающие оказать спонсорскую поддержку Клубу "ПРОСВЕЩЕННАЯ ЛЮБОВЬ" могут это сделать через
Яндекс деньги :
кошелек
410014252323944
или Сберкарту, подробности : club1@mail.ru
Заранее благодарны.

Важна ли тема любви для вас лично?

 Да, несомненно
 Думаю, это важно
 Интересно почитать...
 Мне безразлично
 Пустой сайт
  Результаты опроса

Rambler's Top100 Rambler's Top100

Индекс цитирования

Экология и драматургия любви

Наш сайт о природе любви мужчины и женщины: истоки, течение, около любовные переживания и расстройства.


Default text.

Ознакомительную версию книги можно скачать Миникнига

Из книги вы узнаете: любовь между мужчиной и женщиной исключительно положительное чувство. А очень похожая влюбленность с любовью никак не связана. А недоброкачественная влюбленность - мания, она же "наркоманическая любовь", "сверхибирательная любовь" "folle amore" (безумная любовь (ит.) не только никакого отношения к любви не имеет, а и совсем болезненное расстройство.

А научиться их различать не так уж и сложно.

У человека нет врожденного дара, отличать любовь от влюбленностей, других

псевдолюбовных состояний это можно сделать только овладев знаниями.

Жизнь удалась

Примеры настоящей любви

Пара влюбленных

Драматичные влюбленности известных людей, которые не сделали их счастливыми